Подол. Репродукция гравюры XVIII – XIX вв.
Цель нашего сегодняшнего путешествия лежит в паре сотен лет в прошлом и в паре десятков метров от выхода из метро “Контрактовая площадь”. Это небольшое и, кажется, чувствующее себя не на своем месте здание желтого цвета по Межигорской, 1. Восемь колонн у его центрального входа, сейчас замурованного, были когда-то центром вселенной для десятков тысяч человек… Впрочем, история наша начнется не здесь. И за пару десятков лет до постройки этого здания. Но сперва

несколько слов о заслугах перед историей

…Ах, как Булгаков ругал украинский язык (1)!.. При этом, надо заметить, у него-то был высококлассный консультант по украинскому – даже после всех безумств бесчинных редакторов в тексте угадывается чеканная украинская речь. К чему это я? К тому, что эту статью надо бы писать по-украински. Но не расстраивайтесь: дочитаете меня и возьмете в руки чудесную книжку Федора Эрнста, написанную в феврале 23 года, изданную в 23 и переизданную в 24 году (2):

“Контракти! Це слово для киянина – ціла картина. Лютий-місяць. Перші дні кріпкий, а далі – мокрий, брудний сніг. Майдан на Подолі, позаставлюваний рундуками з дошок. Снує густа юрба народу. Риби завдовшки на цілий сажень повиставлювано перед крамницями тут-таки на майдані. Тут димлять вафлі, тут продають “чортиків” та “тещині язики”, тут цілі купи навалено нечаєвських медяників (3). Крамнички з галантереєю та усяким дріб’язком. Настирливі вигуки крамарів – “двадцять п’ять канавертов п’ять всьо по п’ять двадцять п’ять”! Сірий від часу контрактовий будинок з своїми чотирма масивними колоннами, обліпляними об’явами. Усередині – “восточні чєловєкі”, що продають шалі та пантофлі, татарин з казанським милом, білизна, уральське каміння, здоровенні купи ріжнобарвної мануфактури, галоші, в’яземські медяники (що ніколи у Вязьмі не бували), токарські вироби сліпців та листівки у запечатаних конвертах – “только для женатых”.

Не самісінький-но Поділ – всенький Київ оживає. Готелі переповнені вщерть, на Хрещатику сила-силенна народу, що ледві на тротуарах умістяться…”

Не правда ли, чудно написано?..

Ярмарки – любые, в любой точке Европы – были той почвой, на которой образовались и пошли в рост биржи – потомство и смена ярмарок, более зрелое экономически, но… Впрочем, это лирическое “но” мы пропоем чуть позже.








Правый берег Днепра. Подол. Фото второй половины XIX в.
Контрактовые ярмарки в Киеве возникли в результате сложносочиненных стечений обстоятельств – и сослужили древней столице добрую службу. (И пусть сотрудники отдела PR нынешних “Київских контрактових ярмарков” в этот момент воздержатся от гордых взглядов по сторонам! Ибо, во-первых, когда я готовила статью, оказалось, что в их отделе не осталось ни одного человека, владеющего темой, а во-вторых… Как, по-вашему, чья заслуга в том, что широкоизвестная киевская выставочная компания носит такое звучное, гордое, историческое имя? – Да того, кто ей это имя придумал!). А теперь

несколько слов о политике

Первый контрактовый ярмарок состоялся в Киеве больше двух сотен лет назад. Причиной вспышки торговой и биржевой активности в Киеве послужили политические события, которые одни считали славной победой, а другие – более приятные, скажем так, люди – сочли трагедией Польши. То були часи, коли Австрія, Прусія та Росія тільки-но поділили між собою Польщу. (Третий раздел Польши). Славні до того на усю Литву та Польщу контракти – з’їзди поміщиків, банкірів та купців, що укладали між собою згоди на маєтки, кріпаків, хліб, ліс, спирт, – проходили до того во Львове, Дубне на Волыни, Минске, Вильно (Вильнюс), Новогрудке (Новогрудок). Переказують, що на самий тільки дубенський ярмарок з’їздилося аж до 30 тисяч люду. (Это конец XVIII века. – Далее вы оцените эту цифру). Так вот после раздела Польши в соответствии с трактатами 1795 года между Волынью, Подольем и Галичиной вырезывается австро-российская граница. И Дубно, столица контрактовых ярмарков, оказывается в 30-40 верстах от этой границы.

Надо ли говорить, что приток гостей с запада прекратился совершенно? Способствовали развалу Дубенских контрактов и запутанные финансовые дела ленных владетелей Дубны – Любомирских. Русское правительство оказалось солидарно с интересами торговых кругов Польши и Литвы и принялось вместе с ними искать новое место.

И вот 27 сентября (запомните эту дату) 1797 года выходит высочайший указ Павла I – перенести контрактовый ярмарок в Киев. И наступило

время киевских контрактов

Этот новый для Киева ярмарок (4) начинался 6-8 января и сливался со старым киевским крещенским ярмарком, заведенным (обратите внимание) в XVI веке по привилегиям, данным Киеву королем Сигизмундом.






Контрактовичи – так называли гостей киевских контрактов (контрактовых собраний), происходивших двести лет тому назад.
Появление в Киеве контрактового ярмарка имело огромное значение для Киева и страны вообще. Чтобы оценить это значение, вспомним, чем был тогда, в конце XVIII века, древний город Киев.

“Le souvenir et l’espoir d’une grande ville” – “воспоминаниями и надеждой великого города” назвал Киев французский посол Сегюр, проезжавший с Екатериной II в Таврию через древний стольный град году этак в 1787.

…Город спал. Заселенный мещанами и ремесленниками Подол, где среди деревянных строений, хат и садов возвышались три десятка каменных и деревянных монастырей и церквей; окруженный валами и рвами, с церквами, монастырями и небольшой крепостью – малолюдный Старый Киев над Подолом. А дальше – луга, гаи, яры, лощины, – до самого Печерска, – отдельного административно-военно-духовного образования, где снова церкви, маленькие дома, казармы и сады. А всего населения в то время в Киеве было около 25 тысяч человек (5).

И вот 15 января 1798 года впервые торжественно, с церковными служениями и процессиями, открылись на Подоле первые киевские контракты.

Почему на Подоле? Потому что весь торг, большая часть населения, купцы и мещане, магистрат и гостиный двор – все было тут. Древняя транспортная артерия – великая река – поддерживала жизнь уснувшего Города. Да, на Печерске были свои торг и гостиный двор. Но соперничества не получилось: за Подол стояли город и магистрат.

Первые киевские контракты происходили в старинном здании киевского магистрата – ратуше. Специальный высочайший указ от 12 ноября 1797 года говорил: “быть собранию для контрактов в ратуше, яко доме общественном и для того приличном”.








Дом Артемихи на Подоле. Литография ХIX в.
Здание киевской ратуши не только не сохранилось до наших дней – нет даже его изображений. Само место видно только на планах старше 1811 года, – потом вы узнаете, почему. Однако остались словесные описания.

Главный фасад просторного двухэтажного здания был обращен к старому городскому собору Успения. На террасе второго этажа городской оркестр ежедневно играл зорю. Фронтон венчала скульптура Фемиды (“Теміди”) “з мечем в одній руці і з вагою в другій”. Здание, судя по описаниям, было выстроено в стиле украинского барокко – приятный глазу архитектурный стиль, особенно по сравнению с пришедшим ему на смену “русским”. Украшением киевской ратуши была высокая многоярусная круглая башня, на одном из верхних ярусов которой в полдень грали сурмачі. Башня венчалась поворотным позолоченным российским гербом. Но куда как интереснее был дзигар з чотирма циферблатами на всі боки и герб Киева – архистратиг Михайло, который, когда били часы, “бил стальным копьем у кремнистую пасть змея, от чего из неё сыпались искры”. Вокруг башни шла позолоченная надпись, указывавшая, что построено здание магистрата было в 1697 году.

Перед фасадом ратуши, как это было в обычае в средневековых городах, стоял фонтан с фигуркой ангела, держащего сосуд, из которого текла вода. Фонтан накрывал павильон -купол на четырех столбах. Потом в фонтане ангела сменил Сампсоній…

Тут, перед ратушей, происходили торжественные церемонии с участием войта (війта), бургомистра, ратманов, товариства Золотої Корогви и городских цехов – в старинной одежде и при полном оружии.

Внутри магистрата находились помещения для управ (урядів), цехов, сокровищница (скарбова палата), архив и залы, в которых устраивались балы и маскарады. В глубоких подвалах магистрата хранились городские пушки и оружие цеховой милиции. В этом-то доме и происходили первые “збори і провадження” контрактов 1798, 1799 и 1800 годов. Тут встречались контрактовичи, тут заключались сделки. Оформлять же сделки в первые годы контрактов ездили на далекий Печерск, в главный цивильный суд. (Вот, наверное, подлогов-то было…)








Андреевский спуск, ХIX в.
Как я уже говорила, контракты оказались для Киева золотым дном. Нет. Скорее – золотым фонтаном. Доходы от проведения контрактовых собраний в одну только городскую казну были так высоки, что город тут же решил сделать все для развития, расширения и процветания контрактов. К тому же город обеспечивал тем самым утверждение контрактов на Подоле, а не, приведи Господь, на Печерске, где стоял гарнизон и были размещены всяческие присутственные места. Печерск, осмелюсь заметить, и не был для киевского магистрата Киевом – так, чужой городок, словно нарыв, заполненный имперскими чиновниками и русскими солдатами.

Первый отдельный контрактовый дом решили строить на Покровской улице, рядом с церковью Миколи Доброго. И уже в декабре 1800 года киевский магистрат хлопочет о дозволении “собранию дворянства на контракты быть в ново-выстроенном на Подоле градском доме, с помещением там же на сей случай канцелярии для совершения разных сделок”. Хлопоты имели успех. Было постановлено “отныне всякий съезд и всякое при контрактах производство дел оставить на Подоле в сооруженном от граждан здании, с присвоением приобретаемого от того дохода в пользу города”. Успешно решился и вопрос с перенесением регистраций сделок: “По обстоятельству открывшегося вскоре потом неудобства и дворянству излишнего в разсуждении переезда из Подола на Печерск единственно для записки зделок в главном суде затруднения – всему контрактовому производству быть в одном месте, то есть в вышеозначенном городском что на Подоле доме”.








Вид на Межигорскую фабрику и монастырь под Киевом. Рисунок Ф.Г.Солнцева. 40-е гг. ХIX в.
В этом здании происходят контрактовые собрания 1801-1811 годов. Для официального утверждения сделок назначалась своего рода выездная сессия главного суда, который переезжал на Подол в контрактовый дом и оставался тут на все время проведения контрактов. Тут регистрировались контракты, квити, публікати и другие договора. Сюда же переезжал и повітовий суд, утверждавший договора на суммы до 100 рублей.

Хотя в Киеве городской архитектор “с учеником и помощником” заведен с конца 1790-х, кто строил первый контрактовый дом – можно только догадываться. В 1811 году это здание сгорело во время крупного пожара, уничтожившего весь Подол – после него, побившего все рекорды частых тогда в Киеве пожаров, Подол был полностью перепланирован и перестроен. И, как жалуются дореволюционные историки, Киев “приобрел тот скучный, казенный вид, котрый имеют почти все города России”…

В первой половине XIX столетия контрактовые собрания происходили обычно между 7 января и 8 февраля, заканчиваясь порой раньше, порой позже, в зависимости от погоды, многочисленности собрания и биржевых показателей.

Количество контрактовичей доходило в некоторые годы до 15-20 тысяч; это изрядная цифра для тех лет, но все же – вспомним – дубенского рекорда в 30 тысяч киевские контракты не побили.

(Продолжение следует)

Примечание

1. В “Белой гвардии”. Книге, переполненной любовью к людям и любовью к Киеву. Книге, из которой выросли “Сталкер” и “Хромая судьба”.

2. Федір Ернст “Контракти і контрактовий будинок у Києві. 1798 – 1923. Культурно-історичний етюд”. Київ, друкарня ВУАН, 1923. На титуле издания 23 года читаем: “Дозволяється випустити в світ. Неодмінний Секретар Академії акад. Аг. Кримський”.

3. Медяниками у якийсь час на Україні стали звати медвяники – не тільки через зміни у вимові, а ще й за те, що коштував той пряник рівно медяник – от тільки не скажу, який саме та коли саме.

4. Автор совершенно сознательно использует слово “ярмарок” вместо “ярмарка”.

5. По официальным данным, в Киеве в 1797 году было: государственных и общественных строений каменных – 18, частных домов каменных – 12, деревянных – 3672, из них на Подоле – 2068, в старом Киеве – 506, на Печерске – 1098. Каменных церков (кроме Лавры) – 26, деревянных – 20, монастырских и церковных строений каменных – 29. (В.С. Иконников, Киев. 1654 – 1855. – К., 1904).