Способность Бориса Жежерина идти в ногу со временем засвидетельствовали построенные им новые театры в разных городах Украины. Однако с молодых лет его привлекает архитектурная классика. “Я умом понимаю, – говорит Борис Петрович, – что сегодня нельзя делать вещи, которые ушли в прошлое. Но по своим эстетическим качествам они выше, чем то, что делается сегодня”.

Эти слова подкреплены практикой. Борис Жежерин отметился в Киеве именно работами в классических формах. Среди них – красивая школа на Прорезной, реконструкция Оперного театра, главный павильон ВДНХ (Национального выставочного центра). Вспоминая работу над комплексом Выставки, Жежерин вынужден признать, что облик ее корпусов эклектичен, – это объяснялось оторванностью советских зодчих сталинской поры от новых веяний мирового зодчества. Но он сумел добиться здесь гармонии архитектурных форм. И не стыдится этого сооружения.


Здесь древним духом веет. Станция метро “Золотые ворота”


Работы Вадима Жежерина нынче у всех на виду: по его проектам возводятся крупные здания в самом центре Киева. Уже не один год по поводу этих построек спорят и профессионалы, и просто неравнодушные зрители. Далеко не все готовы привыкнуть к тому, как меняется городской пейзаж в результате деяний Вадима Борисовича и его коллег.

Но в то же время нужно отметить продуманность проектов Жежерина-младшего. Скажем, в комплексе “Бессарабского квадрата” нам еще предстоит оценить новую идею внутренней площади. Жилой и офисный центр “Панорама” на Большой Житомирской, 20 призван стать “мостиком” между современной городской средой и летописными холмами древнего Киева. А обширный комплекс “Дипломат-холл” на Жилянской – пример так называемого кондоминиума: это будет как бы город в городе, обеспечивающий практически все потребности его обитателей.

Из завершенных строений Вадима Жежерина ему самому наиболее по душе инженерный корпус метрополитена на площади Толстого – здание, стоящее прямо над входом в метро. Его облик решен в остросовременных формах, но звучит оригинальной, не фальшивой нотой в полифонии киевской застройки.

Лишь над одним проектом отец и сын Жежерины работали вместе. Этого могло и не случиться, если бы не категорическое требование тогдашнего главного архитектора города Николая Жарикова. Ему очень не нравился проект станции метро “Золотые ворота”, разработанный московскими авторами и никак не отразивший историческую уникальность этого места. До открытия станции оставалось всего ничего, и тут Жариков вызвал молодого Жежерина и предложил подготовить свой проект, причем сделать это вдвоем с отцом.

Через две недели у тогдашнего вице-мэра Николая Лаврухина обсуждался новый вариант станции. Хозяин кабинета выслушал критические мнения, а потом сказал, указывая на Вадима Жежерина: “Всем спасибо. А теперь как товарищ скажет, так и будете исполнять”. И группа зодчих, инженеров, художников с необычайной быстротой провела сложнейшие работы по оформлению подземной платформы “Золотые ворота” в духе Древней Руси. Когда все было закончено, киевляне ахнули. Еще долго после этого станция была переполнена зрителями, которые бродили по платформе, разглядывая мозаичные портреты древних князей и стилизованные светильники. С того времени “Золотым воротам” принадлежит титул красивейшей станции столичного метро.


Борис Петрович ЖЕЖЕРИН
род. 1912


Окончил Киевский инженерно-строительный институт. Участник Великой Отечественной войны. Заслуженный архитектор Украины. Лауреат Государственной премии Украины.


Вадим Борисович ЖЕЖЕРИН
род. 1946


Окончил Киевский инженерно-строительный институт. Заслуженный архитектор Украины. Дважды лауреат Государственной премии Украины. Председатель Киевской городской организации Союза архитекторов Украины.



Нынешнее главное административное здание Украины на улице Банковой возводилось еще до войны для штаба Киевского военного округа. Его проектировал известный зодчий Сергей Григорьев. В помощь пригласил дипломника КИСИ Борю Жежерина, хорошо владевшего классическими приемами. По первоначальному замыслу, предполагавшему реконструкцию старых корпусов штаба, здание должно было иметь четыре этажа. Проект доставили на согласование командующему округом – командарму Якиру. Тот нахмурился:

– Всего четыре этажа? Это что, ниже, чем у Балицкого? (Имелся в виду корпус нынешнего Кабмина, строившийся тогда для НКВД УССР – вотчины наркома Балицкого).

– Ниже…

– Что вы мне принесли?! Переделайте. Должно быть не ниже!

Проектировщики вышли из кабинета командующего. Григорьев был в шоке. Архитектурное решение тщательно продумывалось, было увязано с инженерной частью… Но делать нечего. И руководитель попросил Бориса Жежерина поднять колонны портика до шестого этажа. Студент готовил предложение в домашней мастерской Григорьева. Новый вариант одобрили.

Но любоваться результатами совместного творчества Жежерину пришлось не скоро. Когда 31 октября 1937 года он вернулся домой с успешной защиты дипломного проекта, его ждали конвоиры… В НКВД следователь не удержался от ехидной реплики: “Скажите спасибо – мы дали вам возможность закончить институт”. Потом были годы таежных лагерей, откуда отбывший срок Жежерин отправился добровольцем на фронт. И только после тяжелого ранения и демобилизации смог вернуться к нормальной жизни, к любимой работе.