Осуществлялось это под благим предлогом: десятилетие независимости Украины необходимо «отметить» воздвижением на Майдане соответствующего монумента. А уже в процессе авральной работы все свелось в основном к «воздвижению» на главной площади страны… подземных бутиков. Так Майдан впервые был изнасилован его величеством Капиталом…

Когда в Киеве объявили конкурс на сооружение лучшего памятника Независимости Украины, свою идею такого монумента (в контексте мировых образных традиций) предложил и Анатолий Кущ. Суть его замысла состояла в том, что на главной площади страны — Майдане Незалежности — должна была предстать в монументах и архитектурных решениях многовековая история страны.

— Задумка была какая? Всякое государство складывается, как из кирпичиков, из своих крупных деятелей. Кто-то это государство основывает, кто-то его строит, кто-то делает независимым. Все это — труды «администрации»: князей, гетманов, президентов. Вторым «крылом» идеи являлась духовность — лидеры, начиная от Нестора Летописца до современных писателей, поэтов, художников, выдающихся деятелей церкви. Словом всех тех, кто создает «духовную государственность» внутри человека. Это и должен был отразить монумент, — рассказывает Анатолий Васильевич.

Мы беседуем с ним в знаменитой мастерской на улице Филатова. Раньше здесь творил незабвенный Иван Кавалеридзе. Теперь вот хозяйствует Анатолий Кущ. Он не сразу согласился на встречу. Долго оттягивал ее (видимо, не желая говорить о проблемах Майдана). Но наконец согласился. И вот я сижу в полутемной мастерской, сплошь заставленной гипсовыми и бронзовыми «метровками» (небольшими, высотой около метра, копиями скульптур), слушаю Куща, и смотрю на монитор компьютера, где кадр за кадром возрождается Майдан — такой, каким задумывал его автор…

— Основу, квинтэссенцию монумента должна была составить композиция, отражающая более чем 1000-летнюю драматическую историю Украины, — продолжает Анатолий Васильевич. — Комплекс должен был органично включать в себя существующие рельефы и архитектурные формы. Предполагалось повторить в контуре монумента даже пирамидальные очертания отеля «Украина». Колоннада консерватории с одной стороны и колоннада Дворца искусств с другой должны были органично сочетаться с колоннадой галлереи «Державотворців», в крыльях которой следовало установить двенадцать фигур — князей Аскольда, Вещего Олега, Святослава, святой княгини Ольги, князей Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха, гетманов Мазепы, Хмельницкого, Конашевича-Сагайдачного, первого президента Украинской Народной Республики Михаила Грушевского и других. На крыльях колоннады «Державотворців» предполагалось разместить беломраморные рельефы с изображениями творцов украинской духовности — Нестора Летописца, Андрея Первозванного, Антония и Феодосия Печерских, живописца Алипия, лекаря Агапита, Григория Сковороды, Феофана Прокоповича, Петра Могилы, Галшки Гулевичивны, Котляревского, Тараса Шевченко, Николая Гоголя, Михаила Драгоманова, Андрея Шептицкого и других. На верхней площадке, на постаменте в форме креста — символа непоколебимых христианских традиций — должна была стоять 25-метровая колонна, увенчанная 6-метровой окрыленной фигурой Украины-Оранты, несущей ветку Калины. Над левым пилоном должны были парить конные знаменосцы времен Владимира Великого с гербом Киевской Руси. Над правым — конники-знаменосцы времен Богдана Хмельницкого… Из-под колонны должна была спускаться, словно волны Днепра, величественная лестница, завершаясь на нижней площадке 6-метровой скульптурной композицией, изображающей основателей Киева…

Так было задумано. Однако то, что получилось, — совсем не то, что я предлагал! Майдан не стал главной площадью страны, центром духовности и независимости. Получалось в итоге площадь базара — большого рынка, а не площадь государственности. Майдан не стал цельным, из всего, что намечалось, осталось всего лишь два элемента. Остального, основного — нет. И, когда смотришь на эти остатки, странным и непонятным кажется все, что находится на площади.

Видите? — останавливает скульптор компьютерную «экспозицию» своего проекта. — Там, где разместился «Глобус», должен бы находиться музей. Музей государственности. С этой концепцией мы и выходили на сооружение монумента…

— Кто же принял такое решение?

— Сложно сказать. Полагаю, что городские власти. Тут, конечно, немало странного. Градостроительные советы проходили абсолютно нормально, законно. Были приняты конкретные решения, была принята концепция: создать монументальную композицию с музеем. А в итоге, когда начали строить, все пошло по другому пути. Мне кажется, все дело в том, что строили объект не на бюджетные деньги. Все возводилось на деньги тех, кто «имеет право» на помещения «Глобуса». Как говорится, кто платил, тот и заказывал музыку.

— В итоге мы получили то, что хотели они?

— Да, получили не монумент, не Центр государственности, а просто базарную площадь с большим количеством «стеклянных элементов». Я не против бизнеса, не против концертов. Но представьте состояние человека, когда он находится на площади среди державотворцев, когда есть тут дух государственности. Это хорошо, это правильно. И совсем другое дело, когда видишь толпы пришедших просто потусоваться и выпить пива…

Ну, это так, мысли о самой площади. А еще хотелось бы несколько слов сказать об Оранте, которую некоторые архитектурные «авторитеты» называют «какой-то этнической девушкой, стоящей наверху римской колонны». Во-первых*, колонна эта не римская, а греческая. Коринфская. А потом… Давайте посмотрим на метровую модель. С нее я увеличивал Оранту. Видите? Некоторые элементы ушли. В том варианте, что стоит на площади, нет чепца, нет орнаментов…

— Куда же они подевались?

— Опять-таки, не моя прихоть. В общем, ко мне приходила киевская власть — Александр Омельченко, с ним еще человек пятьдесят (районные главы, замы), и каждый давал советы: мол, это должно быть так, а это — иначе. В итоге Оранта стала совсем другой. И еще — кто-то сказал, что она похожа на мою дочь. Сан Саныч возмутился: «Как это так? За наши деньги увековечиваете родных!». Что сказать об этом? Глупость! Но в итоге пришлось и лицо менять…

— Хотя менее красивой Оранта все равно не стала…

— А вот о площади такого не скажешь. Незавершенным остался замысел. Поверьте, никакой художник не хочет сделать произведение хуже. Но, когда приходят к нему и начинают давить, переиначивать, получается то, что произошло с киевским Майданом. Этого никто не знает и не видит. Потому и говорят: это он виноват, это он такое натворил… А если честно, то в первых вариантах я вообще не хотел ничего на площади менять — все до последнего деревца должно было оставаться на своих местах! И если нынче Майдан выглядит другим, то, поверьте, не только скульптор к этому руку приложил…

Досье

Анатолий Кущ — автор уникальных работ, украшающих скверы и площади многих стран мира. Его молодого Тараса Шевченко обожают варшавяне. Памятниками «Жертвам голодомору в Україні 1932-1933 років», Геродоту и Богдану Хмельницкому гордятся жители американских городов Блумингдейл, Иллинойс и Рокфорд. Произведения мастера хранятся в лучших музеях и частных коллекциях Украины, Великобритании, Германии, России, Венгрии, Японии, Швеции… Скульптор создавал зал приемов, холлы и аллеи знаменитой «дачи Горбачева» в Форосе. Его монументальные ансамбли «Ярославна», «Баян» и «Князь Игорь» придают особый, былинный облик Новгороду-Сиверскому.