Когда 160 лет назад, в апреле 1847 года, появился на свет очередной внук императора Николая I – великий князь Владимир Александрович, дворяне юго-западных губерний выступили с «патриотическим почином». Они постановили собрать деньги на постройку в Киеве кадетского корпуса, который назывался бы Владимирским, и выплачивать на его содержание ежегодно по 5 копеек с каждой крепостной души. Идея очень понравилась царю. По проекту архитектора Ивана Штрома началось строительство громадного здания для нового заведения, а пока оно шло, кадетам отдали помещение гимназии на нынешнем бульваре Тараса Шевченко. Там в январе 1852-го и состоялось официальное открытие корпуса. Пять лет кадеты-владимирцы обитали между бульваром и современной улицей Богдана Хмельницкого (которую одно время даже называли Кадетской), пока, наконец, полтора столетия тому назад не вселились в собственное обширное строение. Теперь оно выходит на Воздухофлотский проспект – бывшее Кадетское шоссе. Весной 1858 года батальон кадетов прошел церемониальным маршем под присланным из столицы знаменем.


Статус заведения не раз менялся. В ходе реформ Александра II кадетский корпус преобразовали в военную гимназию – общеобразовательное учебное заведение с начальной военной подготовкой. Но приверженность к традициям взяла свое, и следующий монарх, Александр III, вновь восстановил корпус со строевым обучением и воспитателями из военных.


Впрочем, качество обучения во все периоды оставалось высоким. Будущих офицеров не только натаскивали в математике, тактике или стрельбе, но и воспитывали, прививали светские манеры. Заметим, что, в отличие от суворовского училища в телесериале, преподавательниц-«этикеток» в корпусе не имелось. Весь педагогический коллектив был сугубо мужским.


Итак, офицер должен грамотно излагать свои мысли, – и в число педагогов Владимирского Киевского кадетского корпуса входил Павел Житецкий, выдающийся украинский филолог и литературовед. Мудрый и добродушный старик был строг и требователен; порой, когда кадеты отвечали на заданный вопрос гробовым молчанием, удрученно качал головой: «Сыжу, як миж могыльными памятниками!» Иные, боясь Житецкого, торопливо натирали на градусниках высокую температуру о полу мундира… Офицер должен уметь рисовать – и некоторое время в корпусе преподавал художник Александр Агин, известный своими иллюстрациями к «Мертвым душам». Между прочим, среди выпускников Киевского кадетского корпуса был видный живописец-пейзажист Николай Дубовской. Офицер должен уметь танцевать – и в корпусе работал хореограф Станислав Ленчевский, балетмейстер Киевской оперы. Но офицер должен уметь также думать – и в числе преподавателей были профессора Киевского университета. Несколько лет здесь учился Николай Бердяев, внук генерала, будущий философ-идеалист с мировым именем.


Вообще, отпрысков знатных семейств в корпусе хватало. Если в «Кадетстве» мы видим сына мэра, то во Владимирском Киевском было и того почище: здесь обучался юный граф Алексей Игнатьев, сын местного генерал-губернатора, начальника Юго-Западного края. Впрочем, сверстники вовсе не распинались перед сыночком всемогущего папаши. Наоборот, любили устраивать ему шумные выволочки: зажимали в углу гимнастического зала, чтобы «жать сало из паныча», либо пригибали ему ноги к голове – «гнули салазки» и в таком виде с шумом таскали по коридору. К слову, граф-кадет вырос достойным человеком: стал видным военным дипломатом, генералом советской армии, автором известных воспоминаний «Пятьдесят лет в строю».


В этих мемуарах можно найти колоритные подробности кадетского быта. Самым оживленным местом корпуса был, естественно, ватерклозет, где воспитанники втихую курили турецкий табак, обсуждали животрепещущие новости и затевали всякие каверзы. Вспоминал Алексей Игнатьев и лагерные сборы: «Традиция требовала, чтобы каждый вечер, после укладывания в постель, все по очереди, по ранжиру, начиная с правого фланга первого взвода, состоявшего из так называемых «жеребцов», рассказывали какой-нибудь похабный анекдот. Это был железный закон кадетского быта». Автор воспоминаний назвал этот обычай проявлением «нравственного нигилизма» в военной среде. Любопытно, что бы сказал граф о нынешних временах?


…Кто только не входил в число киевских кадетов – и летчик-ас времен Первой мировой Евграф Крутень, и предводитель белогвардейцев-добровольцев Михаил Дроздовский, и советский главком Сергей Каменев, и военные министры УНР Всеволод Петрив и Алексей Галкин… В годы гражданской войны Владимирский Киевский кадетский корпус перестал существовать, его здание отвели под курсы красных командиров (в 1919 году здесь, к слову, обучался юный Аркадий Голиков – будущий писатель Гайдар). Уже в ходе Второй мировой кадетское обучение возродилось с новой идеологией и под новым названием: в виде суворовских училищ. Ныне наши суворовцы превращены в лицеистов-богунцев, занимающихся в стенах бывшего военного училища на бульваре Леси Украинки. А старинное, полуторавековое здание на Воздухофлотском проспекте после войны принадлежало штабу Киевского военного округа; теперь же наследником дома кадетов стало Министерство обороны Украины.