Какой хаос! Коммунисты изъяли мои произведения и все модернистские художественные вещи из своих музеев. Гитлер просто уничтожил их во время политической травли свободного духа. Современное искусство не связано ни с коммунизмом, ни с иной политической доктриной или религией. Оно живет от себя и для себя и служит для умственного и творческого воспитания”.


Александр Архипенко родился в Киеве, где прожил первые 20 лет. Учился в Художественном училище в 1902-1905 гг. с Владимиром Бурлюком, Александром Богомазовым и Аристархом Лентуловым. В Киеве состоялись и первые его выставки. Исключенный за забастовочную деятельность из училища, Архипенко уехал сначала в Москву, затем в Париж, Берлин, Нью-Йорк. Там-то его произведения и перевернули мировые представления начала ХХ века о скульптуре, развязали руки и освободили глаза многим художникам-ваятелям.


В шутку критики прозвали Архипенко “изобретателем дырки”. Он стал родоначальником кубизма в скульптуре (как его друг Пикассо – в живописи) и первый проделал в своих шедеврах сквозные отверстия. Прорубив дырки, к примеру, заменявшие творениям лица, Архипенко преодолел зависимость скульптора от материала. А чтобы работы совсем уж отличались от традиционной скульптуры, начал свои произведения раскрашивать. Как древние греки или египтяне. Это называется скульптуро-живопись. После Архипенко вот уж скоро сто лет искусство упорно экспериментирует с формой, чтобы добиться ну очень глубокого философского содержания. Правда, переплюнуть нашего Александра Порфирьевича мало кому удается: гении рождаются, увы, редко.


Посмотрите на современные подвижные бигборды. Их тоже придумал Архипенко! Точнее – сегодня рекламисты используют его идею. В конце 20-х годов художник изобрел подвижную живопись, назвав ее архипентурой. При помощи сложного механизма приводились в движение узкие цветные полосы, создававшие определенные композиции, изменявшие образы по прихоти мастера.


Экспериментировал Архипенко и со “звуковой скульптурой”. Также создавал полупрозрачные, совмещаемые изнутри формы-объекты. “Там, где есть изменения, есть жизнь, – утверждал наш знаменитый соотечественник. – Я отрицаю стереотипное производство, которое часто является фирменным признаком художника”. Именно Архипенко впервые “составил” единую форму из различных материалов, используя в композициях стекло, дерево, целлулоид.


МЭТР кубизма создал тысячи скульптур и картин. Но в Украине их только 13. Из них несколько работ хранится в частных коллекциях, восемь рисунков есть во Львовском художественном музее, две скульптуры – в Национальном художественном музее в Киеве. Это бюсты “Шевченко-пророк” (1935) и “Дирижер Менгельберг во время исполнения IX симфонии Бетховена” (1925). Первую работу передал музею в 1992 году господин Верста – парижский коллекционер украинского происхождения, “Дирижера” же подарил сам Архипенко в 1925-м киевскому художественному институту.


Отсутствие произведений скульптора на родине, конечно же, обусловлено тем, что всю творческую жизнь он провел за ее пределами. Но даже то небольшое количество скульптур и картин Архипенко, которое находилось в Украине, постарались уничтожить советские “цензоры искусства”. Так, две гипсовых скульптуры модерниста разбили в 1952-м во время чистки Львовского художественного музея “от враждебных экспонатов”. Кстати, если бы не смелость работников этого музея, в нашей стране вообще ничего не осталось бы от работ Архипенко. Львовяне же, рискуя минимум потерей рабочего места и максимум – жизнями, все-таки сохранили 8 рисунков художника, назвав их тогда… работами неизвестного автора. А в 60-е чиновники, ведшие тогда борьбу с формализмом, не приняли от всемирно признанного гения скульптуры из гипса и мрамора, которые он пожелал подарить своей родине.


Искусствоведы говорят, что шедевры Архипенко возвратятся в наши музеи, когда у нас появятся новые Ханенко и Терещенко. Сейчас приобрести его работы можно только на мировых аукционах, где они продаются по фантастическим ценам. В 2003 году в Национальном художественном музее Украины прошла выставка работ Архипенко, где были представлены его произведения из Саарского музея (Германия) и двух украинских.


Вопреки дурному обхождению с ним, Архипенко на Украину зла не держал. Франция, Германия, Америка – каждая из стран, где жил и работал художник, называет его своим гением. Сам же он говорил: “Хтозна, чи думав би я так, якби українське сонце не запалило в мені почуття туги за чимось, чого я сам не знаю”.


Александр Порфирьевич АРХИПЕНКО 1887- 1964


Архипенко родился в семье инженера-изобретателя, сотрудника Киевского университета. Его дед был художником-иконописцем. Занятия живописью начал, по собственным воспоминаниям, с копирования из книги рисунков Микеланджело. Учился в Киевском художественном училище, откуда его исключили за участие в студенческих забастовках 1905 года. Продолжил образование в частных студиях Москвы. В 1908 г. уехал в Париж и поселился в колонии художников “La Ruche!” (“Улей”). Учился в парижской Школе искусств, штудировал в музеях вместе с Модильяни древнюю скульптуру. В 1923-м после выставочного тура по городам Европы переехал в США. Создал десятки студий, где сам и преподавал. Работал в Институте рисунка в Чикаго, университетах в Канзас-Сити, Сиэтле. Умер в Нью-Йорке за работой в своей мастерской.


При жизни состоялось 110 персональных выставок, лучшие галереи и музеи предоставляли ему свои залы.


ЦИТАТА


“Я был еще ребенком, когда мои родители купили две вазы для цветов. У меня ни с того ни с сего появилось желание придвинуть их ближе одна к другой, и что же я увидел. Нематериальную прозрачную третью вазу, образованную пространством между двумя настоящими. Так возникла моя теория пустого пространства, символизирующего несуществующий предмет. Конечно, только через много лет и после многочисленных опытов во всех их разновидностях я по-настоящему осознал ее и был просто-таки в восторге… Выпуклое заменял вогнутым, полное – порожним, создавал символы фигур и предметов, которых не было рядом”.
Александр АРХИПЕНКО


ЦИТАТА


Гийом Аполлинер, французский поэт:


“Новейшие и привлекательнейшие поиски, на мой взгляд, – это поиски Архипенко, который создает полихромные скульптуры из разных материалов: стекла, дерева, железа, комбинируя их самым современным и наилучшим образом…”
(Из обзора Салона Независимых, 1914 г.)


В 1998 году на торгах “Сотби” деревянный рельеф Александра Архипенко с картиной в карандаше и масле под названием “Натюрморт” был продан за максимальную для того времени цену на произведения славянского искусства – 584,5 тыс. фунтов. Это почти один миллион долларов. На одном из последних аукционов небольшая работа художника ушла за 40 тыс. долларов.


 


 


 


Анатолий Петрович АЛЕКСАНДРОВ
1903- 1994


Выдающийся физик-ядерщик был президентом Академии наук СССР и директором Института атомной энергии имени Курчатова. Трижды Герой Социалистического Труда, лауреат всевозможных премий. Еще в молодости судьба свела его с Киевом, где он окончил университет, а в 20-х годах преподавал физику в 79-й трудовой школе (на пл. Ивана Франко; теперь в этом здании “Киевэнерго”).


Спустя много лет киевляне с ужасом заговорили о ядерном реакторе РБМК-1000 на Чернобыльской АЭС. Научное руководство работами по созданию этого реактора осуществлял академик Александров. Такой вот печальный финал.


 


 


 


Артур Адольфович АБРАГАМСОН
1854 – 1924


Одессит по рождению, инженер путей сообщения Артур Абрагамсон с 1882 года жил в Киеве. Пригласил его сюда будущий граф и премьер-министр Сергей Витте, в то время руководитель Юго-Западных железных дорог. Витте называл Абрагамсона “инженером в квадрате”, так как тот получил сразу два инженерных диплома – сначала в Цюрихе (Швейцария), а потом в Петербурге.


Еще будучи студентом цюрихского Политехникума, Абрагамсон заинтересовался канатными подъемниками, которых было немало в альпийской республике. Подобный вид транспорта показался ему очень подходящим для холмистого Киева. И свыше 20 лет он “пробивал” у нас идею фуникулера. В конце концов, решено было пустить по проекту Абрагамсона подвесные вагончики между Михайловской и Почтовой площадьми. Работы по устройству фуникулера в 1905 году завершились полным успехом.


У “инженера в квадрате” было еще множество заслуг перед Киевом – как железнодорожника, городского деятеля, обеспечившего развитие трамвайного сообщения и канализации, архитектора и даже журналиста. Но когда в 1910 году, в разгар черносотенной реакции, местные кадры очищали от “инородцев”, еврея Абрагамсона перевели в Москву на менее значимую Северную железную дорогу.


Даже в наше время на памятной доске, посвященной создателям киевского фуникулера, “забыли” указать фамилию его главного инициатора и проектировщика…


 


 


 


Евгений Иванович АФАНАСЬЕВ
1838 – 1897


Профессор Афанасьев был одним из лучших терапевтов Киева, видным преподавателем университета. Он точно знал: болезни трудно победить одним только лечением больных. И вот в нашем городе появилась бесплатная больница для беднейших пациентов – чернорабочих. Для противостояния заразным болезням открыт Бактериологический институт. Налажена работа ночных врачебных дежурств. Даже проложена канализация на уровне европейских столиц. Все это появилось благодаря настойчивым усилиям Евгения Афанасьева. Его портрет, высеченный из мрамора, доныне украшает надгробие профессора в Выдубецком монастыре.


 


 


 


Михаил Петрович АВЕНАРИУС
1835 – 1895


Четверть века этот русский физик работал в Киевском университете Святого Владимира. Тут Михаил Авенариус стал профессором, тут организовал первую в Украине лабораторию экспериментальной физики. Ученый приложил немало сил, чтобы организовать студенческий физпрактикум – такое не имело аналогов в других университетах Европы. С тех пор начала формироваться киевская школа физиков. Авенариус работал в области термоэлектрики и молекулярной физики, изучал состояние жидкостей, определял их критические температуры. Больше 20 лет был директором университетской Метрологической обсерватории, инициировал специальные исследования климата Киева – суточных температур воздуха и почвы, атмосферных осадков.


 


 


 


АНТОНИЙ
1857 – 1942
(Анатолий АБАШИДЗЕ)


Владыка Антоний, выходец из грузинского княжеского рода, еще в 1896 году окончил Киевскую духовную академию, в Киеве же принял монашество. Затем его направили в Тифлисскую духовную семинарию, где он стал инспектором. Именно тогда в семинарии учился юный Иосиф Джугашвили – будущий “отец народов”, а в то время активный участник революционного кружка. За что неблагонадежного воспитанника и отчислили. Однако инспектор Абашидзе отнесся к нему по-отечески, и молодого Сталина исключили из семинарии со щадящей формулировкой – “за неявку на экзамен”.


После революции владыка Антоний уже в сане епископа принял схиму в Киево-Печерской лавре. Несколько лет он жил там, затем в Китаевской пустыне. В период жестоких гонений на священников его не обошла карающая рука ГПУ. В 1933-м “гражданина Абашидзе А. И.” привлекли за “антисоветскую агитацию и контрреволюционную деятельность”. Но, по преданию, стоявший во главе страны бывший семинарист не велел трогать бывшего инспектора. Владыка Антоний получил необычно мягкий по тем временам приговор – три года условно.


До конца дней он проживал в Киеве, а незадолго до смерти, уже при немцах, возглавил братию возрожденной Киево-Печерской обители. Там, на кладбище Ближних пещер, его и похоронили.


 


 


 


Борис Дмитриевич АНТОНЕНКО-ДАВЫДОВИЧ
(ДАВЫДОВ)
1899 – 1984


Писатель родился на Полтавщине. В 15 лет остался без матери – отец погиб в Первую мировую. Весной 1918-го вступил в украинскую армию. Военная служба на верность Украинской Народной Республике навсегда оставила отпечаток в его сердце. Как свидетельствуют недавно вышедшие воспоминания, написанные в годы советской власти, он до конца своих дней оставался убежденным петлюровцем.


На территорию Советской Украины Антоненко-Давыдович попал вместе с рядом бывших деятелей УНР, пытавшихся создать национал-коммунистическую партию в противовес большевистской. Из этой затеи ничего не вышло, но благодаря ей Борис Дмитриевич не ушел в эмиграцию, а остался на родине. И стал писателем. Он написал 14 книг и множество рассказов – о событиях Гражданской войны на Украине.


Когда в 1933 году начались аресты, Борис Дмитриевич пытался спастись – уехал в Казахстан. Не помогло: в январе 1935 года его схватили, приговорили к расстрелу, который заменили лагерями. В них Антоненко-Давыдович провел 22 года. Выжил только чудом. И главное – не сломался. Остался таким же, как и был, – убежденным украинским националистом. Реабилитированный в 1956 году, вернулся в Киев и вновь занялся литературой и публицистикой. Наиболее известные книги – языковедческие: “Як ми говоримо” и “Про що та як”. В этих трудах дал негативную оценку суржику в украинской культуре. За что и поплатился: в 70-е годы двери всех издательств и журналов для Антоненко-Давыдовича оказались плотно закрытыми, его книги изъяли из библиотек.


 


 


 


Алексей Васильевич АНОСОВ
1822 – 1906


Отважный генерал-артиллерист Аносов, герой обороны Шипки в Русско-турецкой войне, в конце позапрошлого века служил комендантом киевской крепости. Теплый отзыв о нем оставил в повести “Гранатовый браслет” писатель Александр Куприн, которому старый комендант представлялся “исполинской и необыкновенно живописной фигурой”.


Все киевляне знали генерала и любовно трунили над его оригинальными манерами – над громкой речью вследствие глухоты от ранения, над привычкой к неторопливым прогулкам в сопровождении двух откормленных мопсов. По распоряжению коменданта на территории крепости был разбит парк с аттракционами и спортивными снарядами. Ежедневно в полдень в парке палила пушка для сверки часов. Признательные городские власти назвали это место Аносовским садом. Нынче же это парк Славы.


 


 


 


Марк Александрович АЛДАНОВ
(Ландау )
1886 – 1957


Киевские странички в исторических романах известного писателя-эмигранта Марка Алданова не случайны. Ведь он родился в семье промышленника-киевлянина Ландау, вырос здесь, а свой псевдоним придумал, переставляя буквы родительской фамилии. У его матери Софьи Ландау был собственный дом на Шелковичной. В Киевском университете будущий литератор учился сразу на двух факультетах – юридическом и физико-математическом, так что, оказавшись за рубежом, обеспечивал себя не только писательскими гонорарами, но и заработками по специальности.


Самые известные романы: “Девятое Термидора”, “Заговор”, “Ключ”, “Бегство”, “Пещера”, “Истоки”.