Европа за 27 рублей


Путешествие начиналось с получения загранпаспорта. Для этого полагалось написать прошение о его выдаче, приложить документы «о самоличности» (т.?е. подтверждающие личность просителя) и две гербовые марки по 75 коп. Далее горожанин шел к полицмейстеру, принимавшему ежедневно с 12 до 13 часов, кроме воскресенья и праздничных дней, на Большой Житомирской, 3. Если у полиции не было претензий к поданным бумагам, просителю в тот же день (в крайнем случае, на следующий) выдавали свидетельство на получение загранпаспорта. Его следовало отнести в Киевское казначейство, которое размещалось в том же здании, что и полицмейстер, и уплатить 15 руб. (купцам и ремесленникам – скидка 30?%). После чего вручалась заветная «заграничная паспортная книжка».


Но радоваться было рано: «добро» должен был дать генерал-губернатор. Этот вопрос решался в канцелярии на Екатерининской (ныне – Липская), 10, где прием «по делам о заграничных паспортах – до 2?х ч. дня». Проверялась прежде всего политическая благонадежность просителя: не является ли он террористом, не разыскивается ли тайной полицией, не «засветился» ли по каким-либо резонансным делам. Справки наводились вручную, а если требовалось, отправлялись запросы в другие города. Это могло затянуться надолго. Но если гражданин был «чист», то получал свой паспорт, скрепленный подписью генерал-губернатора и печатью.


Теперь можно было отправляться в билетные кассы («станции»). Каждая железная дорога имела свои кассы. Юго-Западная – на Фундуклеевской (сегодня – ул. Б. Хмельницкого), 14, и Ильинской, 6. В них продавали билеты «местного и прямого сообщения» с городами, расположенными западнее Киева, а также «с некоторыми станциями заграничных железных дорог». Путь в Европу – Берлин, Вену, Париж – для большинства киевлян начинался именно тут. Тот, кто собирался ехать в восточном или южном направлении, обращался в Киевское агентство международного общества спальных вагонов. Его касса, располагавшаяся по Николаевской (ул. Архитектора Городецкого), 9, осуществляла продажу билетов «по Киево-Воронежской, Киево-Полтавской и Киево-Московской железнодорожным линиям и заблаговременную продажу спальных мест в международных вагонах». С визита в это агентство в Киеве начинались Азия и Восток. Здесь же предлагались билеты «для круговых заграничных путешествий», т.?е. круизов, «на пароходы Русского Общества Торговли и Пароходства». Но можно было оплатить билет лишь до нужного пункта, например до турецкого Константинополя (ныне – Стамбул).


Тарифы на проезд в поезде были «поверстные» (верста – 1,0668 км). Например, между Киевом и Варшавой, которая тогда входила в состав Российской империи, было 738 верст (787 км). Проезд туда в вагоне I класса стоил 18 руб. 50 коп. с пассажира, II класса – 11 руб. 10 коп. Дорога в Берлин или Вену обходилась дороже – 27 руб. и 17 руб. 40 коп. соответственно (для сравнения: хорошую дачу под Киевом можно было снять за 20?25 руб. в месяц). Дети в возрасте от 5 до 10 лет путешествовали за четверть стоимости.


Заслон «челнокам»


Итак, купив билет, киевлянин спешил собирать вещи. В те времена на недельку за рубеж никто не ездил – в дальний путь пускались как минимум на несколько месяцев. Так что приходилось брать с собой, например, кучу зимних и весенних вещей, а также наряды на разные случаи (от деловых визитов до балов – на все существовал специальный этикет) и еще всяческие домашние одеяния. В итоге сборы длились не один день, а багаж получался весьма внушительным. Пакуя чемоданы, учитывали таможенные требования. Иначе на границе могла ожидать масса неприятных сюрпризов. Дело в том, что в Российской империи меховые изделия, ткани, вещи из хлопка стоили дешевле, чем в Европе. И правительство не было заинтересовано в том, чтобы отечественные «челноки» вывозили подобные товары на продажу, сбивая на них цену за рубежом. Поэтому таможня беспошлинно пропускала далеко не всякий багаж. Прежде всего платой не облагались «пассажирские вещи», т.?е. личные вещи пассажира. «Правила о пассажирских вещах» гласили: «Пассажирскими вещами признаются вообще находящиеся при пассажирах вещи, бывшие в употреблении и необходимые для них в путешествии». На тех же условиях разрешалось везти «бывшие в употреблении платье, обувь, белье носильное и полотенца в количестве, не превышающем обыкновенную потребность пассажира». Правда, уточнялось, что подушки, матрацы, скатерти, постельное белье, хотя они и б?/?у, «пропускаются беспошлинно только в самом незначительном количестве». «Правила…» не уточняли, какое именно количество следовало считать незначительным, да и «обыкновенная потребность пассажира» – понятие относительное. Так что слишком ретивый таможенник при желании мог ободрать пассажира как липку.


Впрочем, существовали и четкие квоты. Например, пассажиру разрешалось везти лишь по одному меховому изделию – шубу, шапку, муфту и пр. Золотые и серебряные вещи «для домашнего употребления» – до 3 фунтов (1,2 кг) на человека. Новые перчатки – не более дюжины. А вот кольца, запонки, булавки для галстука – «сколько окажется при пассажире».


Отдельно оговаривалось, что «к предметам для личного в пути употребления» не принадлежат: кухонная посуда, столовые и чайные сервизы, бронза, занавеси, портьеры, ковры, часы настенные и напольные. Словом, все, что служит для меблировки и украшения комнаты.


Не облагался пошлиной и профессиональный инструментарий: у художников – холсты, кисти, краски, картон, рамы; у врачей – медицинские инструменты; у музыкантов – музыкальные инструменты (с оговоркой: если они не везутся в «продажном» количестве); у ремесленников – инструменты, необходимые для их ремесел.


Беспошлинно также разрешалось везти съестные припасы «в незначительных количествах» (опять же – какой простор для таможенника!), начатую пачку нюхательного табака, «картуз курительного табака», сигары в количестве, не превышающем 100 шт., а также баулы, чемоданы, ящики, сундуки или шкатулки, «в коих находятся пассажирские вещи». Количество чемоданов-ящиков-баулов – «сколько окажется». Пользуясь этим, некоторые предприимчивые путешественники укладывали вещи в ценные шкатулки, на самом деле предназначенные для продажи. Специально для таких случаев «Правила…» предусматривали, что «под видом шкатулок, ящиков и других мест, служащих для укладки пассажирских вещей, не должны быть пропускаемы беспошлинно шкатулки совершенно новые, с бронзовыми и другими украшениями, с вещами, уложенными в сих помещениях для одного только вида».


Но вот, багаж, наконец, упакован. Это ничего, что он великоват и тяжеловат. Как говорится, не извольте беспокоиться: в железнодорожной кассе всегда можно заказать доставку багажа на вокзал. Если общий вес вещей не превышает 12 пудов (195,6 кг), плата составит 75 коп. За каждый пуд (16,3 кг) сверх этого – 6 коп.


Доллар был «тяжелее» рубля


В предотъездной суматохе вы, случайно, не забыли поменять деньги? Еще не поздно – в банке нужную операцию совершат достаточно быстро. Рубль был конвертируемой валютой и обменивался без ограничений. Да и «деньги иностранные» всегда имелись в наличии.


«Тяжелее» рубля были только шесть валют. В порядке убывания это (данные 1911 г.): английский фунт стерлингов (9,45 руб.), персидский томан (3,30 руб.), китайский таэль (2,21 руб.), португальский мильрейс (2,10 руб.), американский доллар (1,94 руб.) и бразильский мильрейс (1,06 руб.). Валюта основных европейских стран котировалась слабее: голландский гульден (78 коп.), датская крона (52 коп.), норвежская крона (52 коп.), немецкая марка (46 коп.), австро-венгерская крона (39 коп.), французский франк (37 коп.), швейцарский франк (37 коп.), итальянская лира (37 коп.), греческая драхма (37 коп.), бельгийский франк (37 коп.), испанская песета (37 коп.). Из стран Азии – помимо упоминавшихся Персии и Китая с их «тяжелыми» валютами – особняком стояла Япония, чья золотая иена (тогда писали «иень», причем в мужском роде!) стоила 96 коп. А валюта остальных азиатских стран была дешевой: египетский пиастр можно было купить за 9 коп., а турецкий пиастр – за 8 коп. Курс валют в те времена не изменялся каждую неделю или каждый день, а устанавливался на год, являясь величиной более-менее постоянной.


И вот киевлянин с заграничным паспортом, билетом, иностранной валютой и багажом подъезжает к железнодорожному вокзалу. Первым делом он направляется в багажное отделение – сдает багаж. На руки ему выдают специальные квитанции – по одной за каждое место багажа. Теперь, оставив при себе лишь ручную кладь, можно идти на перрон… Минуточку! Надо не забыть подойти к кассе, предъявить билет на поезд и получить перронный билет – без него ни пассажир, ни провожающие не попадут на перрон. Точнее, попадут, заплатив по 10 коп. с каждого. А с перронным билетом – бесплатно.


Наконец, посадка завершена. Свисток обер-кондуктора, мощный гудок паровоза – поезд тронулся. Ездили тогда неспешно – каждые 100 км состав останавливался, потому что паровозы брали воду из колонок, чистили топки. На это требовалось минимум 10 минут.


Граница, проверка паспортов. Затем, пока рабочие переставляют вагоны с широких имперских рельсов на узкие европейские, пассажирами занимается таможенник. Согласно инструкции, перед досмотром он обязан поинтересоваться у пассажира, «имеются ли между его имуществом товары или предметы в товарном виде, как-то: материи в кусках и отрезках или же сметанные на живую нитку, в виде простынь, плащей или других предметов одеяния, вещи для украшения комнат и т.?п.». Если пассажир ответит отрицательно, а при досмотре у него все-таки найдут товарные партии, пошлина взимается в двойном размере. А если предметы будут найдены в тайниках – в двойном дне шкатулок, «секретных» карманах на одежде, специально высверленных нишах в каблуках туфель, то найденное конфискуется, о чем составляется протокол. Если же досматриваемый сразу заявит о наличии вещей, подлежащих обложению пошлиной, причем их стоимость не превысит 60 руб. (в расчете на человека либо на одну семью), таможенник предложит уплатить соответствующую сумму. Впрочем, пассажиру «дозволяется отослать вещи обратно» и ничего не платить. Но если стоимость товара более 60 руб., платить придется однозначно. Отказываясь это сделать, гражданин должен либо бросить товар на перроне пограничной станции, либо оставить его у себя, но покинуть вагон. Таможенная пошлина не бралась только в том случае, если ее размер не превышал 3 руб.


Но вот государственная граница позади. Теперь, любуясь заграничными пейзажами или решая деловые вопросы, важно не забыть о сроке действия паспорта. Ведь он выдан на определенный срок, чаще всего – на полгода или год. И если вовремя не обратиться в соответствующее посольство Российской империи с просьбой о продлении паспорта, можно из добропорядочного гражданина превратиться в банального «невозвращенца». Домой такого человека, конечно, пустят (правда, на таможне оштрафуют на 10 руб.), а вот вновь за границу – вряд ли. Потому что полицмейстер не даст «добро» человеку, у которого проблемы с МВД. Так что путешествовать можно будет сколько угодно, но только в пределах Российской империи.