Статьи:

На занедбаному в епоху войовничого атеїзму цвинтарі Видубицького монастиря впродовж тривалого часу безіменною залишалася чорна плита за огорожею. І лише у 1980-х роках хтось із небайдужих до рідної історії людей встановив тут саморобну табличку з написом олійною фарбою: «Б.І. Ханенко. В.Н. Ханенко». Саме тут під мурами давньої Михайлівської церкви знайшло вічний спочинок шляхетне подружжя, роль якого у розвої культурного життя Києва на зламі ХІХ–ХХ століть важко переоцінити.

Цьогоріч, гідно відзначаючи 160-ліття від дня народження Богдана Івановича Ханенка, ми не можемо обійти увагою постать відданої супутниці його життя і подвижницької діяльності Варвари Николівни (Миколаївни) — представниці знаного козацького роду Терещенків. Вона народилася 9 серпня 1845 року в колишній гетьманській столиці Глухові.

Заметный след в истории Российской империи, Украины, Киева оставили члены большой семьи Терещенко. Сахарозаводчики, общественные деятели, щедрые благотворители и меценаты, коллекционеры, авиаконструктор, министр — это все они. Когда называют фамилию Терещенко, то в памяти прежде всего возникает патриарх рода Никола Артемьевич — о нем в последние годы писалось не раз. В тени «старого Николы» незаслуженно оказался Федор Артемьевич, шедший в благотворительстве и меценатстве параллельно, иногда даже и опережая старшего брата. Имя Ивана Николовича связывается в основном с известной киевской Рисовальной школой Н.Мурашко, которую он финансировал более четверти века. Сегодняшний рассказ — о его сыне Михаиле Ивановиче Терещенко — дважды министре Временного правительства России в 1917 году.

„ ... Я певен, що закладена Вами в наш музей основа, Ваша неоціненна праця й величезні жертви, що їх Ви принесли в цю важливу справу, не будуть даремними, а навпаки, стануть прекрасним пам'ятником, що слугуватиме зміцненням і гордістю нашого краю не тільки для нинішніх часів, а й для майбутніх століть ..." (З листа В.Хвойки, вченого-археолога, хоронителя Художньо-промислового та наукового музею, подружжю Ханенків).
Bажко повірити, що існуванню найбільших музеїв Києва - Національного художнього, російського, західного та східного мистецтва маємо завдячувати одній сім'ї (щоправда, в широкому значенні цього слова, а саме: родині Терещенків, з якої походить Варвара Ханенко, а також її подружжю). Імена Терещенків і Ханенків згадуються в каталогах, альбомах, під час музейних екскурсій. Однак ще донедавна - з неодмінними застереженнями: "багаті землевласники", "промисловці-капіталісти", "цукрові магнати", "експлуататори". Такі означення за радянських часів прикладали до всіх, чиє походжен-ня не відповідало тодішнім ідеологічним канонам.

TOP статьи:

А ну, си­нки, дай­те я на вас по­ди­влю­ся...
Так, це бу­ло май­же за Го­го­лем. І бать­ко, Ар­те­мій Те­ре­ще­нко, чи­мось на­га­ду­вав Та­ра­са Буль­бу. Як і той, був ви­хі­дцем із ста­ро­ви­нно­го ко­заць­ко­го ро­ду. Тру­до­вий шлях по­чи­нав у Глу­хо­ві, ос­та­нній сто­ли­ці Лі­во­бе­ре­жної Ук­ра­їни.
На той час, ко­ли троє си­нів пі­дро­сли, Ар­те­мій Яко­вич Те­ре­ще­нко був уже за­мо­жною і ша­но­ва­ною всі­ма лю­ди­ною. З тих, хто, як ка­жуть, вла­сним го­рбом ство­рю­вав до­бро­бут, по­чи­на­ючи з ят­ки, у якій став то­ргу­ва­ти сві­жо­спе­че­ним хлі­бом. До нь­ого йш­ли, бо хліб був най­сма­чні­шим у всь­ому сла­вно­му Глу­хо­ві. Й­ого ша­ну­ва­ли, бо зна­ли, яким мі­цним і на­дій­ним є його ку­пець­ке сло­во і яке він має до­бре, ми­ло­сер­дне се­рце.
Ко­ли си­ни Ми­ко­ла, Фе­дір і Се­мен пі­дро­сли, бать­ко вла­шту­вав їм ге­не­раль­ні ог­ля­ди­ни. «Че­сно пра­цю­ва­ти і ро­би­ти лю­дям до­бро» — та­ки­ми бу­ли й­ого на­пу­тні сло­ва.
Се­ред си­нів не бу­ло го­го­лівс­ь­ко­го Ан­дрія — ні­хто з них не зра­див бать­ківс­ь­кої на­ста­но­ви. При­клад же у ді­ло­вій, до­бро­чи­нній ді­яль­но­сті по­ка­зав ста­рший син Ми­ко­ла Те­ре­ще­нко. З ди­тинс­тва ося­гав ази під­при­єм­ниц­тва. Бать­ко вчив за­лі­зно три­ма­ти сло­во, по­ря­дно­сті, зма­ле­чку ви­хо­ву­вав не­пе­ре­сі­чну пра­ць­ови­тість: по­ря­дна лю­ди­на мо­же чо­гось до­би­ти­ся в жи­тті ли­ше «сво­їм го­рбом». Бать­ко­ва на­ука ля­га­ла у бла­го­да­тний ґрунт — при­ро­да не обій­шла ді­тей кмі­тли­ві­стю, ро­зу­мом.

Исполнилось 160 лет со дня рождения украинского мецената Богдана Ханенко. Вместе с женой Варварой он много лет собирал произведения мирового искусства, которые потом завещал Киеву. На основе их коллекций был открыт в 1904 году Художественно-промышленный и научный – ныне Национальный художественный музей Украины, а в советский период - Государственный музей западного и восточного искусства, который только 10 лет назад был переименован в Музей искусств имени Богдана и Варвары Ханенко. Кроме музеев, коллекций картин и архивных документов сохранились еще и воспоминания о чете Ханенко. Те „изюминки", которые помогают собрать и сделать более многогранной мозаику человеческой натуры. Показывают нам великих людей с новой, доселе не известной стороны.
Как-то зашла я в гости к своим старым знакомым и начала рассказывать о том, что недавно побывала на выставке в музее Ханенко, а в ответ слышу:
- Знаете, а ведь моя крестная-то была персональной прачкой у Варвары Ханенко, - так начала свои воспоминания Мария Николаевна Семенюк. Киевлянка, живущая в центре города по соседству с музеем более восьмидесяти лет.
- Персональной прачкой!? А сколько ж было всего приближенных слуг у четы Ханенко?
- У них было трое любимых слуг, которые всюду их сопровождали. Постоянно ездили с ними заграницу. И в Италии с ними были, и во Франции, и в Германии.

Род ТЕРЕЩЕНКО был знаменит на всю Европу. После революции 1917 г. многие из них уехали за границу. Но земля предков даже через десятки лет манила потомков знаменитых сахарозаводчиков. Недавно члены семьи Терещенко стали возвращаться в родные места. Они увидели разрушенные родовые усыпальницы, руины заводов и когда-то возведенных усадеб. Здесь же они узнали, что об их предках всегда говорят с уважением.

Мишель Терещенко стал первым из рода знаменитых сахарозаводчиков и меценатов, кто побывал на родине предков после Октябрьской революции. Впервые праправнук мецената и почетного гражданина Киева Николы Терещенко приехал в нашу страну в 1994 году. А последние четыре года он, гражданин Франции, живет в Украине, при этом занимается фермерским бизнесом в городке Глухове Сумской области и экспортирует во Францию украинский мед.

Начало 1903 года для знаменитой семьи Терещенко было печальным: в январе умер Никола Артемьевич, в феврале — его сын Иван. Но то, что они оставили потомкам, служит Украине.

Чтобы в столетнюю годовщину смерти почтить их память на родной земле, Киев и Глухов планируют посетить представители большой семьи Терещенко, живущие в Париже. Среди них — 84-летний Петр Михайлович Терещенко, его двоюродный брат, 87-летний Михаил Михайлович Дембно-Чайковский, 93-летняя Наталья Федоровна Ширинская-Шихматова, дочь авиаконструктора Ф. Терещенко, а также их дети и внуки. Некоторые из них приедут в Украину впервые.

В конце XIX - начале ХХ столетия в бывшей Российской империи не было, по свидетельству современников, другого города, где общественная благотворительность была бы так развита, как в Киеве. Здесь действовали около ста различных попечительств, комитетов и обществ милосердной направленности, занимавшихся помощью малоимущим слоям населения. Существовали бесплатные ночлежные приюты и богадельни для престарелых, дома трудолюбия, столовые дешевых обедов, дома дешевых квартир и тому подобное.

Вряд ли кто-то из посетителей Киевского музея русского искусства не обратит внимания на картину Бориса Кустодиева “Портрет Ирины, дочки художника” (1920 г.). А под картиной есть лаконичная подпись “Дар Д.Л. Сигалова”. Кто такой? Большинство недоуменно пожмет плечами и пройдет дальше, а кто-то вообще не заметит этой подписи. А ведь это лишь одна картина из художественной коллекции, которая по завещанию Давида Лазаревича Сигалова была передана музею, — около 400 произведений живописи, графики, декоративно-прикладного искусства.
К сожалению, таково уж свойство человеческой психики — забывать. Мы забываем вспомнить, рассказать, сохранить и передать то знание, которое есть, возможно, только у нас. И тогда события, люди, эмоции, с ними связанные, уходят. Память же о человеке живет благодаря людям, знавшим его. К счастью, мы смогли найти тех, которые помнят о Сигалове — враче-педиатре, коллекционере, интеллектуале, чья квартира стала своеобразным филиалом русского музея. И мы благодарны им за сведения об этом удивительном человеке.