EnglishРусский

Читайте нас

Как на месте "киевского Парижа" построили "Москву"



Как на месте "киевского Парижа" построили "Москву"

Изо всей недвижимости знатного киевлянина, купца первой гильдии Льва Гинзбурга дом на улице Николаевской, 5 (позже — 9), отличался громадными на то время размерами и необычайной красотой — в народе он слыл как "киевский париж".

Грандиозное здание, возведенное в 1900 году архитекторами Шлейфером и Брадтманом, размещалось на 466 квадратных саженях (сажень — 2,13 м) и оценивалось в 573 400 рублей. Само строение было каменным, 8-этажным (6 основных, подвальный и мансардный этажи) с двумя примыкающими пристройками (глаголями) во дворе, выступом для парадной лестницы и воротами. Длина дома по улице равнялась 22,5 погонным саженям, ширина — 18,6, высота до мансарды — 17. Подвал занимал площадь всего дома, а мансардный этаж помещался над половиной фасадного дома и двумя глаголями.

Фасад шикарного здания был украшен богатой лепкой и скульптурой, а в выемках карниза размещался 21 балкон разных размеров с украшениями и перилами. Эти балконы объединила фигурная решетка, а на крыше находились 5 больших деревянных башен, крытых чешуйчатым цинком.

Что касается интерьера дома, то первой в глаза бросалась парадная мраморная лестница с железными витыми перилами и дубовым поручнем. Стены вдоль нее и площадок были покрыты лепкой и расписаны красками. При лестнице в отдельном помещении находилась "подъемная гидравлическая машина с хорошо отделанным вагоном и освещением", то есть, лифт, который, кстати, обошелся владельцу дома в 11 500 рублей.

В вышеупомянутом подвале, где располагались три склада, размещались все отопительные устройства и мотор лифта. Входы в этот подвал находились снаружи (так называемые "холодцы"), были облицованы кафелем-гранитом и защищены фигурными кованными решетками из железа. Первый этаж занимали 4 большие и 1 маленький магазины, второй — опять-таки магазин из 11 отделений и 3-х комнат. На 3—6 этажах были 11-, 9-, 3-, и 2-комнатные квартиры (с коридорами, кухнями, ванными и клозетами), самая просторная из которых, между прочим, приносила Гинзбургу прибыль в 2200 рублей. (Доходы же со всего здания исчислялись суммой в 48 тысяч.)

Полы во всех апартаментах и магазинах были выложены паркетом, потолки — украшены лепкой и расписаны краской, серебром и позолотой, а стены оклеены дорогими обоями. В подвале пол был плиточным и мозаичным. Как говорится, для пущей прелести в окна подвального, 1-го и 3-го этажей вставили зеркальные стекла. Дом оборудовали электрическим освещением, водопроводом, пожарными кранами и паровым отоплением низкого давления с батареями и вентиляционными решетками.

Под двором размещалась каменная пристройка под склады со сводами на железных балках, двумя световыми коридорами и окнами их трех частей. Сам двор с мусорными цементированными ямами был укатан асфальтом. Кроме того, вне стен основного здания находились две гранитные лестницы с железными массивными перилами и дубовыми поручнями, а также железный и два деревянных моста. На улицу вели ворота с полуциркулярным сводом, который внутри украшала разбивная лепка.

Как известно, Гинзбург частенько брал деньги в долг под залог своего недвижимого имущества. Подобной процедуре он подверг и этот роскошный дом: остались залоговые свидетельства Киевского общества взаимного кредита, в которых значится, что здание "состоит под запрещением", поскольку в разные годы Лев Борисович одалживал деньги у Семена Могильцова, его сына Павла, у Льва Бродского. К счастью, ссуды выплачивались своевременно, и дом оставался у его владельца.

Господин Гинзбург понимал ценность своей недвижимости, посему регулярно страховал ее, что и позволило получить от Первого Российского Страхового Общества 2349 рублей за убыток от пожара в доме на Николаевской в 1917 году. Однако никакая предусмотрительность не смогла уберечь строение от тех разрушений, которые происходили в Киеве, в частности, на Крещатике, во времена Второй мировой. И после войны (1959—1966) на руинах архитектурного шедевра "выросла" 16-этажная гостиница (сначала называлась "Москва", ныне — "Украина"). В ней, бесспорно, гораздо больше апартаментов (около 500 номеров). Но по оформлению гостиница вряд ли может соревноваться с "киевским Парижем".